Меню раздела

Как Феникс из пепла

К середине XIX века окончательно стихли будоражившие новочеркасцев слухи о возможном возвращении  столицы Дона на берега великой казачьей реки и о переносе города с Бирючекутского холма на Аксайские горы. Лишь после этого Новочеркасск стал приобретать вид не временного поселения, а регулярного города. Постепенно в нём появились все те здания и сооружения, которые были характерны для губернских городов.

*     *     *

Судьба памятника М.И. Платову

* * *

В существовавшем уже почти полвека Новочеркасске всё ещё не было ни одного памятника со скульптурной фигурой некоего героя на пьедестале. Столице казачьего Дона  желательно было иметь памятник не стороннему, а донскому герою. Долго размышлять над тем, кто мог бы им быть, не приходилось: им должен был стать атаман Платов, которого не было в живых уже около трех десятилетий. Тем более, что уже приближалось 100-летие Вихорь-атамана (так именовал Матвея Ивановича поэт Жуковский в своём произведении «Поэт во стане русских воинов»). И генерал от кавалерии М.Г. Власов, которому предстояло стать последним донским атаманом из числа донских казаков в период самодержавия, вознамерился увековечить образ  именно этого героя. Но реализовать свою идею атаману Власову не довелось: в 1848 году, будучи в поездке по Верхнему Дону, он заразился холерой и скоропостижно скончался. А новым донским (и первым из неказаков) атаманом стал бывший начальник войскового штаба – генерал-лейтенант М.Г. Хомутов. Он-то и продолжил ведение дел по сооружению памятника своему далёкому предшественнику на атаманском посту.

Идея сооружения памятника донскому герою получила высочайшее (то есть императорское) одобрение ещё в 1945 году, после чего начался сбор добровольных пожертвований на изготовление монумента. За 2 года была собрана сумма, которая достигла 13300 рублей серебром. После этого был объявлен и проведён творческий конкурс на лучшую эскизную модель памятника, победу в котором одержал скульптор А.А. Иванов. Его модель и была высочайше утверждена 24 января 1848 года императором Николаем I. Антон Андреевич был молодым, но уже признанным ваятелем – академиком скульптуры. К тому времени ему исполнилось всего 32 года и казалось, что всё у него было ещё впереди. Но судьба распорядилась иначе: работая в холодное время года над созданием горельефов для наружных стен строившегося тогда в Москве храма Христа Спасителя, он простудился и вскоре скончался.

В начале 1849 года к делу сооружения памятника М.И. Платову департаментом военных поселений, ведавшим также делами казачьих войск, по рекомендации академии художеств были подключены академик Н.А. Токарев и профессор П.К. Клодт. Первый брался за 3000 рублей по уже утверждённой модели вылепить и отформовать статую, а второй – отлить её из собственных материалов и отчеканить за 4000 рублей. Работу эту известные и весьма опытные скульпторы обязывались выполнить в течение полутора лет. Когда осенью 1951 года такая работа была завершена, то все донцы, «вознамерившиеся соорудить незабвенному атаману памятник» и ждавшие окончания этой работы, были извещены через местную газету о том, что в столице империи «исполнено бронзовое изваяние графа Платова знаменитым бароном Клодтом». Фамилия этого ваятеля и отложилась в памяти донцов. Причём настолько глубоко, что авторство барона Клодта как создателя скульптурной фигуры атамана Платова сначала стало фигурировать в местных печатных изданиях, а оттуда попало даже в издания энциклопедические. Фамилии же скульпторов, занимавшихся лепкой как модели памятника, так и скульптурной фигуры атамана Платова в её натуральную величину, были со временем основательно забыты.

Одновременно со скульптурной фигурой изготавливался и гранитный пьедестал. Когда обе части памятника были окончательно готовы, их доставили в Новочеркасск. Задача эта была не из лёгких, но в итоге с ней всё же справились. А в Новочеркасске к этому времени для памятника была изготовлена оригинальная металлическая ограда, которая стала одним из первых изделий начавшего действовать в окрестностях города чугунолитейного завода Д.П. Епифанова.  Когда памятник и ограда были смонтированы, стали готовиться к торжественному открытию монумента.

И вот наступил день открытия первого на Дону памятника казаку-герою. Он пришёлся на 9 мая 1853 года. Значимость открытия в Новочеркасске памятника атаману Платову подчеркивалась присутствием на церемонии присланного на Дон самим императором генерал-адъютанта (то есть генерала императорской свиты) В.В. Орлова-Денисова, имевшего также армейский чин так называемого полного генерала – генерала от кавалерии. Василий Васильевич был сыном войскового атамана Орлова и внуком первого  из числа донских казаков графа - генерала от кавалерии Ф.П. Денисова. Поэтому Орлов-Денисов имел ещё и графский титул, который перешёл к нему от деда.

Открытие памятника в момент спадания с него белого полотнища было  запечатлено специально приглашённым на торжество художником Майером на живописном полотне, которое теперь находится в экспозиции музея истории донского казачества. На этой картине имеется изображение различных групп именитых гостей и донского духовенства, а также массы находящихся на площади конных казаков и донских калмыков. Не меньшее количество примерно тех же социальных групп можно было наблюдать на этой же площади ровно через 140 лет – 16 мая 1993 года. Ведь в этот день здесь проходило не меньшее по масштабу торжество вторичного открытия в Новочеркасске памятника М.И. Платову, возвращённого из небытия.

Как известно, первый памятник атаману Платову не пережил бурных событий первой трети XX века. Через год после окончательного установления в Новочеркасске власти Советов возле него ещё сочли возможным похоронить продотрядовцев, погибших от рук нелояльных к новой власти казаков,  возглавляемых Маслаком - известным «полевым командиром» того времени. Такое соседство памятника и захоронения тогда было допустимым. Но вскоре встал вопрос о недопустимости дальнейшего нахождения на пьедестале фигуры донского атамана, которая в то время для кого-то выглядела уже «как прямая несообразность происходящим в городе революционным изменениям». Бронзовая фигура атамана была снята с пьедестала и размещена в фойе бывшего Донского музея, ставшего музеем краеведческим. А в 1930-м году бронзовая фигура по решению созданной городским отделом народного просвещения комиссии была передана «Рудметаллторгу» для её утилизации как «не имеющая исторического и художественного значения». Постамент же бывшего памятника атаману Платову семь  десятилетий служил местом размещения на нём трёх сменявших друг друга скульптурных фигур В.И. Ленина.

В послевоенное время вопрос о воссоздании в Новочеркасске утраченного памятника атаману Платову поднимался неоднократно. В 1962 году - в канун 150-летия Отечественной войны 1812 года – было даже позволено дать имя Платова одному из проспектов Новочеркасска. В итоге его дали совсем не тому проспекту, который носил имя Платова в досоветский период. Наконец, 13 марта 1988 года, в период начавшейся в СССР перестройки, Советом министров РСФСР было издано распоряжение «О сооружении памятника герою Отечественной войны 1812 года М.И. Платову в Новочеркасске».

Казалось бы, чего проще: изваять и отлить новую скульптурную фигуру атамана Платова с максимальным приближением к оригиналу, после чего разместить её на сохранившемся пьедестале. Ан нет! В городской периодической печати была развязана дискуссия «Каким быть и где стоять памятнику М.И. Платову». Ведь в то время платовский пьедестал был занят массивной чугунной фигурой В.И. Ленина. Все предложения о сооружении в любом другом месте центральной части Новочеркасска постамента для размещения на нём этой скульптурной фигуры напрочь отметались руководителями и представителями советских и партийных органов города и области. Да и в сознании многих простых горожан прочно укоренились догмы, в соответствии с которыми в самом центре советских городов должны находиться лишь  памятники строго определённым советским и партийным деятелям. Поэтому главный городской архитектор того периода вполне серьёзно предлагал переместить платовский пьедестал на противоположную (южную) сторону сквера и установить на нём новоизготовленное изваяние Платова, расположив его лицом к Атаманскому дворцу. Были и довольно курьёзные предложения: изобразить Платова  со строительными инструментами в руках. «Он же основатель города и его созидатель», - говорили инициаторы таких и подобных им предложений. А у горожан старшего поколения острую неприязнь почему-то вызывала атаманская булава, которую Платов сжимал в своей поднятой руке. «Вот только без этого!» - говорила пожилая представительница НПИ, не зная даже, как правильно назвать отвергаемый ею предмет. «Без чего «этого»?» – переспрашивали её члены рабочей группы по воссозданию памятника. «Да без гранаты!» - говорил по поводу булавы уже другой пожилой житель города, присутствовавший заседании рабочей группы.

Вред делу наносили и различные домыслы, распространявшиеся среди горожан. Именно тогда появилось заведомо ложное утверждение о том, что в первой половине XIX века сооружать конные памятники позволительно было якобы лишь монархам. И такое говорилось о том историческом периоде, когда во всей России имелся всего лишь один-единственный конный памятник - императору Петру I. Тем не менее, в нашем городе появлялись объявления с предложением  объединяться для сбора средств на конный памятник атаману Платову, который якобы был лишён такового  самодержавием. В действительности же донцам тогда было довольно проблематично собрать такую денежную  сумму, которой было бы достаточно для сооружения конного памятника. Такого, например, как находящийся в Киеве памятник Богдану Хмельницкому, который монархом не был, но конный памятник которому всё же соорудили.

Ситуацию удалось изменить, создав в противовес противодействующим силам общественный Платовский комитет, в состав которого вошли не только новочеркасцы, но и представители  Ростова, Таганрога и других донских городов. После этого часть членов Платовского комитета была включена в состав рабочей группы по воссозданию памятника М.И. Платову при Новочеркасском Горисполкоме. Их усилиями, в частности, был отвергнут авторский коллектив москвичей  Ковальчуков, состоявший из отца-архитектора и сына-скульптора, навязанный нашему городу министерством культуры РСФСР. Вместо них были приглашены другие авторы - преподаватель Московского художественного института им. В.И. Сурикова скульптор А.В. Тарасенко и работавший вместе с ним архитектор В.П. Ломакин, которые вполне оправдали надежды новочеркасцев.

Более существенные подвижки в деле восстановления памятника М.И. Платову появились лишь после известных изменений, произошедших в нашей стране во второй половине 1991 года. Через полтора года после этого с Мытищинского завода художественного литья в наш город была доставлена с максимально возможной точностью воссозданная и отлитая из бронзы фигура Вихорь-атамана. Чугунная же фигура В.И. Ленина была снята краном с платовского пьедестала, перевезена в микрорайон Октябрьский и установлена там перед Домом культуры. Бронзовая же фигура М.И. Платова 15 апреля 1993 года под наблюдением воссоздавшего её скульптора Тарасенко с помощью крана была установлена на исторический пьедестал. А ещё через месяц – 16 мая 1993 года – состоялось торжественное открытие воссозданного памятника атаману Платову. После того, как скрывавшее памятник белое полотнище упало к подножию монумента, мимо памятника торжественным маршем прошли представители возрождавшегося казачества России: донцы, кубанцы, терцы…  А на лицевой стороне постамента памятника вновь засияли позолотой буквы, составлявшие некогда срубленную, а теперь восстановленную надпись: «Атаману Графу Платову за военные подвиги съ 1770 по 1816 годъ. Признательные Донцы». 

                                                                                (автор - Павел Чернов, краевед).

   Первоначальный вид памятника М.И. Платову.

 

Скульптурная фигура М.И. Платова в фойе музея.

 Памятник М.И. Платову в день его возрождения.


Наверх